Национальный академический Большой театр оперы и балета Республики Беларусь
Сергей Прокофьев «Ромео и Джульетта»
балет в трех действиях
Либретто Валентина Елизарьева по мотивам одноименной трагедии Уильяма Шекспира
Хореография и постановка – народный артист СССР и Беларуси, лауреат Государственной премии Республики Беларусь Валентин Елизарьев
Дирижер-постановщик – народный артист Россиийской Федерации, лауреат Государственной премии Республики Беларусь Геннадий Проваторов
Художник-постановщик – лауреат Государственной премии Республики Беларусь Эрнст Гейдебрехт
Спектакль идет в сопровождении оркестра Челябинского государственного академического театра оперы и балета имени М. И. Глинки.
В 1935 году Сергей Прокофьев создал партитуру балета, который стал гимном настоящей любви. «Ромео и Джульетта» – одна из сильнейших по степени воздействия на зрителя балетных постановок, которая поражает не только драматизмом происходящего на сцене, но и роскошной сценографией. В трех действиях отражены все события знаменитой трагедии: от первой встречи Ромео и Джульетты до их гибели в фамильном склепе Капулетти…
«Театр Шекспира – театр масок. А сама Верона – город балов, поединков и карнавалов, в которых лица становятся масками, а маски незаметно превращаются в лица, и трудно понять, где истинное, а где мнимое… Любовь Ромео и Джульетты и их великая жертва не изменили мира. Злоба, враждебность, коварство и предательство становятся обыденными, они продолжают жить в отношениях между людьми, неся с собой новые и новые трагедии… Но любовь остается. Она – единственное убежище и надежда для живой души…», – Валентин Елизарьев, народный артист СССР и Беларуси, лауреат Государственной премии Республики Беларусь, хореограф-постановщик балета.
Сценическая версия балета «Ромео и Джульетта» создана Валентином Елизарьевым в 1988 году, премьера новой авторской редакции состоялась в 2018-м. Спектакль в художественном воплощении Эрнста Гейдебрехта неоднократно показывался на гастролях во Франции, Швейцарии, Нидерландах, Норвегии, Германии, Таиланде, Югославии, Японии, Китае, Турции и других странах.
О спектакле каждый раз с восхищением говорят балетные критики.
«Шекспир написал бессмертную трагедию, Дзеффирелли популяризовал ее для миллионов, а балет совершил остальное. Величайшая версия? Здесь никогда не будет общего согласия. Но спектакль "Ромео и Джульетта" Валентина Елизарьева должен занять место среди наиболее чарующих творений…» – Zelda Cawthorne, South China Morning Post
«Спектакль крупной перспективы – он сразу ошеломляет. С первых фрагментов зритель вовлечен в огромно-причудливую анфиладу оформления, в красочное буйство пластических мизансцен массы танцующих и действующих персонажей. Здесь все насыпано щедрой рукой: и «количество» собственно танца, и разнообразие деталей и костюмов, и вторгающаяся в действие сценография…» – Галина Беляева-Челомбитько
«Спектакль минчан ярко театрален, он захватывает зрителей эмоциональной насыщенностью, красочностью массовых эпизодов. Колорит декораций и костюмов хорошо согласован, искусно используется свет, так что порой кажется – перед тобой не сцена, а нарисованное художником полотно. Однако статики здесь нет: динамичные по рисунку танцы насыщены взрывчатым, истинно южным темпераментом…» – Наталья Шереметьевская
«Елизарьев органично, со свободой выстраивает пластически-образное действие от лирико-поэтических сцен до истинной трагедии. И мы нигде не обнаружим надуманности хореографического текста. Хотя он сложен, полон метафор, смело и разнообразно соединяет музыку, пластику, цвет…» – Николай Эльяш
«События давних времен, о которых рассказывает балет, происходили будто на глазах у зрителей. Затянутые в серо-черные одежды фигуры Вражды, кажется. Были готовы перешагнуть рампу и спуститься в зрительный зал…
Запоминающихся образных находок, своеобразных хореографических афоризмов в спектакле немало. Выразительным пластическим лейтмотивом, проходящим через весь балет, являлся абрис креста, который можно назвать определенным символом эпохи. Он использовался в балете многопланово и изобретательно, разворачиваясь в динамике всевозможными ракурсами и приобретая метафорическое значение…» – Юлия Чурко
